Не в каком царстве, не в каком государстве был-жил царь с царицею, и была у них одна дочь, Марья-царевна. А как умерла царица, то царь взял другую жену, Ягишну. У Ягишны родилось две дочери: одна — двоеглазая, а другая — троеглазая. Мачеха не залюбила Марьи-царевны, послала ее пасти коровушку-буренушку и дала ей сухую краюшку хлебца.
Царевна пошла в чистое поле, в праву ножку буренушке поклонилась — напилась-наелась, хорошо срядилась; за коровушкой-буренушкой целый день ходит, как барыня. День прошел, она опять поклонилась ей в праву ножку, разрядилась, пришла домой и краюшку хлеба назад принесла, на стол положила.
«Чем сука жива живет?» — думает Ягишна; на другой день дала Марье-царевне ту же самую краюшку и посылает с нею свою большую дочь.
- Присмотри, чем Марья-царевна питается?
Пришли в чистое поле; говорит Марья-царевна:
- Дай, сестрица, я поищу у тебя в головке.
Стала искать, а сама приговаривает:
- Спи-спи, сестрица! Спи-спи, родима! Спи-спи, глазок! Спи-спи, другой!
Сестрица заснула, а Марья-царевна встала, подошла к коровушке-буренушке, в праву ножку поклонилась, напилась-наелась, хорошо срядилась и ходит весь день как барыня. Пришел вечер; Марья-царевна разрядилась и говорит:
- Вставай, сестрица! Вставай, родима! Пойдем домой.
- Охти мне! — взгоревалась сестрица. — Я весь день проспала, ничего не видела; теперь мати забранит меня!
Пришли домой; спрашивает ее мати:
- Что пила, что ела Марья-царевна?
- Я ничего не видела.
Ягишна заругалась на нее; поутру встает, посылает троеглазую дочерь:
- Поди-ка, — говорит, — погляди, что она, сука, ест и пьет?
Пришли девицы в чистое поле буренушку пасти; говорит Марья-царевна:
- Сестрица! Дай я тебе в головушке поищу.
- Поищи, сестрица, поищи, родима!
Марья-царевна стала искать да приговаривать:
- Спи-спи, сестрица! Спи-спи, родима! Спи-спи, глазок! Спи-спи, другой! Читать полностью »
Жил-был купец, у него было три дочери. Пришлось ему ехать в чужие земли за товарами, спрашивает он у дочерей:
- Что вам привезти из-за моря?
Старшая просит — обновку, середняя — то ж, а младшая взяла лист бумаги, нарисовала цветок:
- Мне, — говорит, — батюшка, привези вот этакий цветок.
Долго разъезжал купец по разным государствам, а такого цветка нигде не видал.
Стал домой ворочаться и усмотрел на пути славный высокий дворец с теремами, башнями, с садом. Зашел погулять в саду: что тут всяких деревьев, что всяких цветов! Один цветок другого прекраснее! Смотрит, а вот и точно такой растет, какой ему дочь нарисовала.
- Дай, — думает, — сорву да повезу любимой дочери; кажись, никого нет, никто не увидит!
Нагнулся и сорвал, и только сделал это — как в ту ж минуту поднялся буйный ветер, загремел гром и явилось перед ним страшное чудище — безобразный крылатый змей с тремя головами.
- Как ты смел в моем саду хозяйничать? — закричал змей на купца. — Зачем цветок сорвал?
Купец испугался, пал на колени и стал просить прощения.
- Хорошо, — говорит змей, — пожалуй, я тебя прощу, только с тем условием: кто тебя первый по приезде домой встретит, того мне на весь век отдай. А если обманешь, то не забудь, что от меня нигде не спрячешься; везде тебя найду!
Купец согласился; подъезжает к своему дворцу, а меньшая дочь усмотрела его в окошечко и выбежала навстречу. Купец и голову повесил; смотрит на свою любимую дочь и горькими слезами плачет.
- Что с тобой? О чем плачешь, батюшка?
Он отдал ей цветок и рассказал, что с ним случилося.
- Не печалься, батюшка! — говорит меньшая дочь. — Бог даст, мне и там хорошо будет! Вези меня к змею.
Отец отвез ее, оставил во дворце, попрощался и уехал домой.
Вот красная девица, дочь купеческая, ходит по разным комнатам — везде золото да бархат, а никого не видать, ни единой души человеческой! А время идет да идет; проголодалась красавица и думает:
- Ах, как бы я теперь покушала!
Не успела подумать, а уж перед нею стол стоит, а на столе и кушанья, и напитки, и сласти; разве только птичьего молока нет! Села она за стол — напилась, наелась; встала — и все Читать полностью »
На море на океане, на острове на Буяне стояла небольшая ветхая избушка; в той избушке жили старик да старуха. Жили они в великой бедности; старик сделал сеть и стал ходить на море да ловить рыбу: тем только и добывал себе дневное пропитание. Раз как-то закинул старик свою сеть, начал тянуть, и показалось ему так тяжело, как доселева никогда не бывало: еле-еле вытянул. Смотрит, а сеть пуста; всего-навсего одна рыбка попалась, зато рыбка не простая — золотая. Возмолилась ему рыбка человечьим голосом:
- Не бери меня, старичок! Пусти лучше в сине море; я тебе сама пригожусь: что пожелаешь, то и сделаю.
Старик подумал-подумал и говорит:
- Мне ничего от тебя не надобно: ступай гуляй в море!
Бросил золотую рыбку в воду и воротился домой. Спрашивает его старуха:
- Много ли поймал, старик?
- Да всего-навсего одну золотую рыбку, и ту бросил в море; крепко она возмолилась: отпусти, говорила, в сине море; я тебе в пригоду стану: что пожелаешь, все сделаю! Пожалел я рыбку, не взял с нее выкупу, даром на волю пустил.
- Ах ты, старый черт! Попалось тебе в руки большое счастье, а ты и владать не сумел.
Озлилась старуха, ругает старика с утра до вечера, не дает ему спокоя:
- Хоть бы хлеба у ней выпросил! Ведь скоро сухой корки не будет; что жрать-то станешь?
Не выдержал старик, пошел к золотой рыбке за хлебом; пришел на море и крикнул громким голосом:
- Рыбка, рыбка! Стань в море хвостом, ко мне головой.
Рыбка приплыла к берегу:
- Что тебе, старик, надо?
- Старуха осерчала, за хлебом прислала.
- Ступай домой, будет у вас хлеба вдоволь.
Воротился старик:
- Ну что, старуха, есть хлеб?
- Хлеба-то вдоволь; да вот беда: корыто раскололось, не в чем белье мыть; ступай к золотой рыбке, попроси, чтоб новое дала. Читать полностью »